December 11th, 2011

Рябов Иван Александрович, выборы

Фальсификации как они есть.

09.12.2011

«Меня принялись избивать на участке на глазах у полиции и комиссии»

«Я думаю, что какие-то решения будут приняты, потому что власти понимают, что иначе ситуация не успокоится», - заявил «Эксперту Online» Сергей Иванов, депутат Госдумы от ЛДПР, комментируя перспективы развития ситуации в стране в связи с недовольством фальсификациями. «Мы добиваемся, чтобы на всех тех участках, где нарушения будут подтверждены, результаты были бы признаны недействительными», - заявил он. ЛДПР не зовет своих избирателей на Болотную завтра, но приветствует реализацию права граждан на мирные пикеты и митинги.

– Сергей  Владимирович, ЛДПР зовет своих сторонников на завтрашний митинг оппозиции?  Будут ли представители ЛДПР завтра на Болотной?

– Мы исходим из старой русской пословицы, что «на  чужом пиру похмелье» до добра не доводит. Во-первых, нас туда никто не приглашал. Во-вторых, этот митинг собирают партии, которые и в выборах-то не участвовали. Митинг был согласован вроде как с «Левым фронтом». Он не принимал участия в выборах, я не видел на участках наблюдателей от «Левого фронта», поэтому мне очень странно, что они говорят о том, что у них есть какие-то документы о нарушениях.

С другой стороны, мы всячески приветствуем и поддерживаем право граждан собираться мирно, без оружия на митинги, шествия и пикеты. У каждого есть право выразить недовольство тем, что «Единая Россия» опять получила большинство, тем, что избиратели на участках увидели нарушения, на которые не среагировали ни правоохранительные органы, ни члены избирательных комиссий, это полное их право. Мы их поддерживаем. Но вряд ли там будут наши избиратели. Они недовольны тем, что происходит, но они ходят на наши митинги.

Мы в чужих мероприятиях участия не принимаем, но требуем от правоохранительных органов и от ЦИКа, чтобы была полностью проведена проверка тех нарушений, которые наши наблюдатели зафиксировали на выборах. И если эти факты подтвердятся, итоги выборов на этих участках должны быть признаны недействительными. Там нельзя установить волеизъявление избирателей. Также категорически не приветствуем любые неправовые действия ни с какой стороны.

– Махинации или силовые акции?

– Силовое решение. Все акции должны проходить в нормальных рамках. Поэтому мы не приветствуем ни повальные задержания, ни агрессивность людей во время разрешенных массовых мероприятий.

– Считаете ли вы, что вот эти акции: шествия, митинги, пикетирования – помогут каким-либо образом решить проблему нынешних выборов, то есть либо отменить результаты, либо заставить власти пересчитывать?

– Я считаю, что это уже помогло: если сначала были заявления, что все видеоматериалы, которые представили наблюдатели (и наши в том числе), делались в подпольных лабораториях «на коленке», то теперь руководство государства дало указание проверить все эти факты. Мы добиваемся, чтобы на всех тех участках, где нарушения будут подтверждены, результаты были бы признаны недействительными.  При этом может получиться, что ЕР не будет иметь 238 голосов в новой Госдуме. А отменить выборы полностью и провести их заново – это огромный удар по госбюджету.

Я думаю, что какие-то решения будут приняты, потому что власти понимают, что иначе ситуация не успокоится.

– По вашим данным, каков масштаб фальсификаций?

– Я был в Реутове. Там на меня как раз и напали прямо на избирательном участке. Один из нападавших был замглавы администрации. Все происходило на глазах у полиции. По Люберецкому району Подмосковья у ЕР по участкам максимум 30-40%, у ЛДПР – около 14%. В Реутове, где всех наблюдателей вышвыривали, у ЕР 60% с лишним, а у ЛДПР – всего 4%.  В самой Люберецкой комиссии, в которой мы провели всю ночь и не давали возможности переписать протоколы, где был приостановлен подсчет голосов (мы оттуда уехали около 8 утра), у ЛДПР показатель 15% с лишним. То есть у нас украдено 10% голосов как минимум.

– Вброс бюллетеней – не основной инструмент?

– На тех участках, где был я, я вброса не видел. Возможно, потому что меня с участка выкинули. Я видел следующее: основная махинация в Реутове шла по открепительным удостоверениям. По закону, все люди, которые приходят голосовать по открепительным удостоверениям, включаются в отдельный дополнительный список. Когда я прибыл в комиссию, обратил внимание на то, что уже готовы списки, по которым голосуют люди с открепительными удостоверениями. Списки были не прошиты, не пронумерованы. Такого не должно быть: в комиссии не могут знать, кто к ним придет по открепительному удостоверению. Там были и вторые списки, по которым люди голосовали с открепительными удостоверениями. Так вот, я пришел на участок в 10.30, тогда как голосование начинается с 8.00 утра. За два с половиной часа там уже проголосовало 1740 человек по открепительным удостоверениям. Это в принципе невозможно технически. Я обратил внимание председателя комиссии на это нарушение. После этого на меня напали четыре человека, один из которых замглавы администрации, выкинули меня из помещения на глазах у полиции и комиссии и принялись избивать. Хорошо потом люди вмешались…Результат – 4% ЛДПР, 65% у «Единой России».

Я пришел голосовать на свой участок – там же, где голосует президент. Я пришел туда в 8 с лишним. Первое, что меня поразило, это огромное число молодых людей – парней и девушек, которые пришли на этот избирательный участок. Я никогда в жизни – а в выборах я уже давно принимаю участие – не видел, чтобы рано утром молодые люди приходили голосовать. Обычно в это время приходят голосовать бабушки и дедушки.

– И с чем вы это связываете?

– Думаю, эти люди были заранее оповещены, с ними была достигнута договоренность, на них надавили или им заплатили – и они пришли. Другой момент – мы обратили на него внимание еще до начала выборов – нарушения при выдаче открепительных удостоверений. У меня прописка курская. А здесь я зарегистрирован по месту жительства. Я имею право прийти на избирательный участок и сказать, чтобы меня включили в список по месту моего временного пребывания. Это я и сделал. Меня включили в этот список без проверки необходимых документов. Я сказал: «Ребята, что же вы делаете? К вам так 10 человек придет и получит на нескольких участках сразу открепительные удостоверения, вы должны проверить основания, на которых вы его включаете. Мое основание – моя временная регистрация». А у них основание – просто факт нахождения в Москве. То есть человек может прийти на любые избирательные участки, и везде его включат в список избирателей и дадут открепительное удостоверение.

– Объясните, есть ли смысл теперь заниматься проверками и пересчетом голосов? Кто этим должен заниматься?

– По большому счету, если были большие нарушения, пересчет ни к чему не приведет. Тут нужно признавать недействительными выборы на тех участках, где доказаны нарушения. Если у наблюдателей все зафиксировано на видео, факты должны быть проверены и на основании этого должны сделать выводы. Можно проверить и списки – были факты, что люди не сдавали открепительных удостоверений и могли их использовать на других участках.

Все проверки, связанные с избиркомами, делают избиркомы. Если проверка по спискам избирателей – проверка, кто включен и сколько раз проголосовал, то это проверка избирательной комиссии.  Если поступают заявления о фальсификации, это уже уголовное дело, этим занимается прокуратура: если зафиксировано, как человек бросает в урну десяток бюллетеней, то этим занимается прокуратура.

Рябов Иван Александрович, выборы

Россиянин понимаешь.

В Парке Культуры залили каток. И захотели сделать цивилизованно, типа, как сказали "как в Европе" - коньки на прокат давать без залога, под честное слово. И что же вы думаете произошло? Через 3 дня лавку прикрыли, потому что наши граждане умудрились за 3 дня спереть 210 пар коньков

Но это еще не все.
Прикрыв лавку, стали раздавать коньки под залог 1500 рублей. Прям в объявлении написали, мол "извините, но мы вынуждены прекратить эксперимент, и теперь вводим обратно залог, 1500 рублей".
И как вы думаете, что произошло?
Граждане потащили украденные коньки обратно. Да-да!

Но не с раскаянием и извинениями, а с целью впарить их как тока что взятые, и хапнуть полторы тыщи.

И ведь не бедные люди собираются.
(С) Не моё.